Стокгольм, 1973 год. Феерическая восьмирукая джига от классиков ирландского фолка, группы The Dubliners.
«Эл Джонсон говаривал: «Это вы еще ничего не видели!» Сейчас вам надо одновременно смотреть и слушать, догадайтесь, кто что играет! Барни и Джон поменяются руками. Когда они выпили, то отлично врубаются в это, но вот если они трезвые, как сейчас, то чувствуют себя уже не так уверенно. В общем, скрестите пальцы и давайте надеяться на лучшее. Эта вещь называется Octopus Jig (Осьминожья джига)».
Üsküdar’a gider iken (По дороге в Юскюдар), или Kâtibim (Мой писарь) – одна из самых известных стамбульских городских песен. Эта мелодия прошла по Европе и Азии немало дорог и обросла огромным количеством текстов, но страна ее происхождения так и остается загадкой. Уже в двадцатом веке продюсер Boney M позаимствовал ее мотив для хита Rasputin. Послушаем классическую версию с диска Istanbul Türküleri, который ваш покорный слуга привез из Стамбула.
В одном интервью Пол Саймон рассказал, что однажды путешествовал с друзьями по какой-то испаноязычной стране. Плывя по реке, они увидели, как на берегу играет на гитаре девушка. Поскольку они не знали языка друг друга, единственным средством общения была музыка. Пол спел для нее El Condor Pasa, перуанскую песню, к которой он написал английский текст, и девушка подпела по-испански. Когда настал ее черед, она исполнила самую известную песню Пола – The Sound of Silence, не представляя, что перед ней стоит ее автор. Эта красивая история без лишних слов показывает, какую роль в мировой музыке сыграл этот невысокий, скромный человек: его песни соединяют целые культуры и народы.
The Huron Carol вполне можно считать первой канадской народной песней. Этот рождественский гимн был сочинен французским миссионером на языке гуронов в середине XVII века и отличается очень уважительным отношением к аборигенам. Уже в двадцатом веке появилась его английская версия, намного более патерналистская. Послушаем для начала оригинал под названием Jesous Ahatonhia («Иисус родился») в исполнении канадского фолкера Брюса Кокберна (Bruce Cockburn), проделавшего большую работу в поисках этой песни.
V’la l’bon vent – одна из визитных карточек канадской народной музыки. Сегодня грустную историю про уточек, загубленных принцем-охотником, активно играют в Квебеке, Франции и даже в России. Эта версия, например, принадлежит перу французской группы 70-х La Chifonnie.
Слушайте авторскую передачу Лаевского о музыке мира, «На грани фолка», на волнах FolkRadio каждый вторник в 21:00. Подкасты передач также выкладываются на нашем сайте.
